Бесплатная консультация юриста
Круглосуточно
Звоните сейчас!
+7 (499) 322-26-53
Вы здесь:  / Юридические справки / Неадекватное поведение ребенка в школе что делать

Неадекватное поведение ребенка в школе что делать

Одни родители жалуются в соцсетях на детей, которые дерутся и мешают вести уроки. Другие призывают к терпимости. Мы попытались услышать обе стороны и дать конкретные советы, что делать.

Если причина недовольства – чужой ребенок

Валерия

«В классе, где учится мой сын, есть совершенно неуправляемый ребенок. От его поведения страдают все: одноклассники, которых он задирает; учительница, которой он срывает уроки и грубит; дети из других классов, с которыми он не ладит на перемене. Мы не знаем, что делать: есть же нормы поведения в обществе. Я не хочу, чтобы мои дети сталкивались с агрессией там, где должно быть безопасно и спокойно, — в школе. Недавно этот мальчик укусил девочку за руку: остался след. Мы никогда не знаем, что услышим, когда придем забирать детей домой: толкнул ли он их сегодня, обозвал или выкинул пенал в помойку. А главное — его поведение мешает учиться другим детям: учительница половину урока проводит, успокаивая его или усаживая на место. Развитие класса этот мальчик тормозит. Что делать — непонятно, но терпение уже заканчивается».

Родителям, которые беспокоятся о безопасности своих детей в школе, важно знать — у них есть на это право. Есть право заботиться о том, чтобы ребенок ходил в школу без страха за свое здоровье. Есть право спокойно работать, пока дети на занятиях, и не думать каждую минуту о психологическом комфорте ребенка. Именно поэтому родители вправе добиваться, чтобы в классе было спокойно.

И хотя есть мнение, что в описываемой ситуации ничего сделать нельзя, попробовать все-таки можно.

Главное, что нужно знать и помнить: решать все конфликтные ситуации в классе можно только через администрацию и учителей. Ни в коем случае нельзя взаимодействовать с чужим ребенком напрямую. Все вопросы должны адресоваться в первую очередь классному руководителю.

Прежде чем предпринять что-то, убедитесь, что вы не участвуете в моббинге (коллективной травле), и что лично у вашего ребенка действительно есть конфликт или проблемы с этим одноклассником. Не поддавайтесь желанию «улучшить» атмосферу в классе общими родительскими усилиями. Довольно часто бывает, что в классе есть неудобные дети, поведение которых вполне корректируется педагогом. Родителям со стороны они могут казаться невоспитанными, неудобными и даже срывающими уроки, однако вполне вероятно, учитель сможет адаптировать этого ребенка к школе без волны родительского негатива. Активно действовать надо лишь в том случае, если лично вашему ребенку физически или психологически некомфортно и плохо. В этом случае родитель, как официальный представитель ребенка, может и должен защитить его права.

Используйте административный ресурс – узнайте, как устроена в вашей школе работа с трудными детьми. Как правило, это работает так: учитель обращает внимание администрации на заявление родителей. Далее в школе собирается малый педсовет, на который приглашаются обе стороны. На собрании конфликт разбирается. Довольно часто результатом такой встречи бывает рекомендация родителям ребенка со сложным поведением обратиться к школьному психологу или пройти медико-психологическую комиссию (в Москве она находится по адресу ул. Фадеева, д.2). Здесь ребенку, испытывающему трудности в освоении основной образовательной программы, развитии и социальной адаптации окажут психолого-педагогическую помощь. Назначат занятия с нейропсихологом или психологом, порекомендуют программу реабилитации или занятий и просто помогут. Однако семья ребенка вправе не соглашаться на медико-психологическую коррекцию.

Попытайтесь поговорить с родителями ребенка спокойно. Возможно, они делают многое из того, что ждет от них школа, и окружающим также нужно набраться терпения. Однако если родители настроены агрессивно, разговор можно переводить в административное русло: писать заявление на имя директора и излагать свою точку зрения на происходящее. Школа должна быть заинтересована в том, чтобы все ученики чувствовали себя спокойно, поэтому обязана отреагировать на письменное уведомление и принять меры. И хотя до 15 лет ребенка нельзя отчислить из учебного заведения, школа может пригласить социального педагога для работы с ним.

Ханафи Гулиев

Руководитель структурного подразделения школы №2120

«В первую очередь школа, как консервативный институт, требует решения вопроса дисциплины. Совет по профилактике и малые педсоветы школы могут рекомендовать «трудному» ребенку посещать кружки допобразования во второй половине дня, где можно проявлять свои лидерские качества. Когда родители обращаются с просьбой перевести агрессивных детей из класса, мы объясняем, что не имеем права заниматься такой «селекцией».

Однозначно школа не должна отвергать непослушных детей, потому что в жизни будут ситуации, где уже взрослые будут сталкиваться с разными людьми, и они должны уметь с ними общаться. В нашей школе гиперактивными детьми занимаются в основном классные руководители и их родители. Часть занятий педагоги стараются проводить за пределами класса, например, в теплое время года – на улице, чтобы замкнутость школьной среды не довлела над психикой».

Если причина недовольства – ваш ребенок

Светлана

«С моей дочерью всегда было трудно. С первого же месяца в детском саду на нее сыпались жалобы: слишком шумная, неуправляемая, плохо слушается, на все отвлекается, не сидит во время занятий. Помню, как на первом утреннике одна мама устроила скандал и кричала, что раз моя дочка толкает ее сына, значит дома у нас кошмар и насилие и к нам нужно направить опеку. Просто так-то дети не толкаются! В саду и начальной школе всегда были недовольные родители, которые требовали убрать моего ребенка из коллектива.

Я не знаю, как сказать всем этим людям, что ребенком мы занимаемся: водим на занятия к нейропсихологу, работаем с другими специалистами, учим эмпатии, стараемся все держать под контролем. А главное, что моя дочь, хоть и имеет дефицит внимания, все равно может учиться в коллективе. Ни сад, ни школа не хотят слушать о том, что уже делается: результаты нужны мгновенно, никто не хочет ждать или помогать. Ну и это бесконечное шушуканье за спиной: каждый детский шаг обсуждается и осуждается.

Поведение у дочки постепенно выправляется: она стала спокойнее, адаптировалась ко многим условиям, но слава «неуправляемой» за ней закрепилась. И бороться с предвзятостью взрослых людей очень сложно: мало кто ценит ее интеллектуальные способности, все хотят, чтобы она высиживала 45 минут урока. Потому что надо. И как я не старалась намекать учителю, что дочке нужно иногда прерваться и отдохнуть, чтобы через несколько минут снова включиться в работу, она меня так и не услышала, потому что дисциплина важнее потребностей конкретного ребенка».

Родителям, которые оказались по другую сторону баррикад, тоже непросто. С одной стороны, они не хотят афишировать в школе проблемы своего ребенка, потому что зачастую школа не готова адаптировать детей с гиперактивностью или дефицитом внимания, родители не хотят «ярлыков» и предвзятого отношения. Кроме того, ни СДВГ, ни конфликтное поведение, ни трудная адаптация к школе не являются показанием к обучению в «специальной школе», которой так любят пугать на педсоветах. Ребенку со сложностями поведения иногда нужно ослабить режим или помочь подружиться с детьми, не требовать от него стопроцентного внимания и спрашивать по возможностям. Лучше всего, если родители будут вести параллельную работу со специалистами (неврологом, психологом, логопедом) и помогать ребенку в адаптации.

Но если случится так, что школа все-таки пошла на конфликт, имеет смысл прислушаться к советам психиатра Елисея Осина, которые он дал на форуме для родителей детей с гиперактивностью:

— на встрече ничего не говорить первым;

— внимательно выслушать и записать все, что скажет школьная администрация, для этого использовать ручку и бумагу, но можно и диктофон;

— обязательно копировать все бумаги, которые вам показывают про ребенка – докладные, объяснительные и т.д. Если они находятся в личном деле, то это про вашего ребенка, значит вы имеете к этому полный доступ;

Читать дальше:  Арендная плата существенное условие договора аренды

— прояснить и записать все предъявляемые проблемы;

— задать вопрос о том, что было сделано для того, чтобы эти проблемы преодолеть, спросить об эффективности проведенных мероприятий;

— задать вопрос о том, каких действий хочет от вас администрация ;

— только после этого высказать свое мнение о том, что происходит;

не спорить, не переходить на эмоции. Это только навредит;

— не принимать никаких решений, сказать, что вы все выслушали и подумаете. Это сложно, но можно сказать, что вам нужно время, такой Вы человек;

— дома все это просмотреть. Определить, есть ли в требованиях школы и администрации признаки нарушения прав Вашего ребенка на образование. Посмотреть, есть ли в рекомендациях школьной администрации разумные;

— дальше лучше всего общаться со школой письменно – написать письмо, в котором вы выскажете свою точку зрения на происходящее, опишите то, что вы будете делать;

— общая рекомендация — минимум эмоций, минимум споров, если споры и вести, то в бумажной форме. К сожалению, нередко школа первым шагом старается решить проблему по принципу нет ребенка — нет проблемы. Для этого она создает условия, при которых родителям и детям оставаться в школе невыносимо. Бывает, что только после того, как это не получается, школа начинает заниматься проблемой;

— на метод «нет ребенка — нет проблемы» школа права не имеет, она должна учить всех. Для того чтобы этому воспрепятствовать, нужно показать, что вы готовы защищать своего ребенка, представлять его интересы. Но сделать это нужно как можно более деловито и спокойно.

Юлия Зарусинская

социальный педагог школы №2025

«Существуют две причины появления симптомов агрессивного поведения – медицинского и воспитательного (педагогического) характера. Если ребенок бросается школьными предметами, раскидывает вещи, начинает сбрасывать одежду в раздевалке, пытаясь выплеснуть злость, и это не результат явной перепалки или ссоры, то мы начинаем работу с родителями и рекомендуем обратиться к психологу.

Мы можем рекомендовать сводить ребенка в центральную психолого-медико-педагогическую комиссию города Москвы, которая направит к специалистам для коррекции поведения. Школа также сотрудничает с бесплатными психологическими центрами в каждом округе, где ребенок проходит тестирование и посещает до 10 занятий. Бывают ситуации, когда комиссию собирают в здании школы, как правило, если работа ведется с несколькими «трудными» детьми. Если причина имеет медицинский аспект, то школа рекомендует обратиться к специалистам медицинского профиля – психоневрологу, психиатру. Чем раньше проблема будет выявлена, тем больше шансов ее устранить.

В школе работает пять социальных педагогов в каждом здании комплекса. Так как агрессия является одной из форм девиантного поведения, то работа проводится по разным направлениям. Социальные педагоги наблюдают за такими детьми, учат выстраивать правильные взаимоотношения со сверстниками методами совместных игр, мероприятий, дежурств, вовлекают таких детей в творческую и спортивную деятельность. Например, мальчики могут посещать спортивные секции, девочки – театральную студию, вокальные кружки, рисование на базе бесплатных кружков допобразования. В индивидуальной работе социальные педагоги объясняют, как просить игрушку у другого ребенка, как вежливо себя вести, выстраивают и проигрывают правильное взаимодействие».

Чтобы не пропустить ничего полезного и интересного о детских развлечениях, развитии и психологии, подписывайтесь на наш канал в Telegram. Всего 1-2 поста в день.

Первое, что важно понимать в истории с плохим поведением – это то, что каждому ребенку хочется ощущать себя в школе компетентным, нужным и «своим». В позитивных случаях это достигается за счет хорошей учебы, уважительных отношений с учителем и одноклассниками, а также возможности внести свой вклад в жизнь школы и класса. Если что-то из перечисленного ребенку сделать не удается, то его отношение к школе приобретает заметные негативные оттенки, что часто выражается в «проблемном» поведении. Понимая, где у ребенка «не получается», родитель может поддержать его и способствовать:

    — росту успеваемости
    — гармонизации общения внутри школы
    — укреплению чувства своей значимости в школе.

Однако бывает и так, что «внешне» у ребенка все около дела: и учится неплохо, и друзья есть, и в мероприятиях класса участвует. А ведет себя все равно плохо и постоянно получает замечания. Такая ситуация требует понять его мотивы – те внутренние причины, по которым ученик становится нарушителем школьных правил. Все многообразие форм «плохого» поведения в школе может быть сведено к влиянию одного из четырех мотивов.

Они были выделены и описаны американским педагогом Рудольфом Дрейкурсом в 1968 г. Дрейкурс писал, что, наблюдая за учениками, он нашел только четыре мотива их «плохого» поведения, а не сто и не тысячу (Б. Грюнвальд, Г. Макоби "Консультирование семьи", 1999). Сказанные почти 50 лет назад, его слова на удивление современны. Так что же это за мотивы?

1) Привлечение внимания – ребенок совершает проступки, чтобы оказаться заметным, выделяться среди других учеников, получать, пусть и в негативной форме, внимание учителя и сверстников. Этот мотив распространен и часто лежит в основе дурашливого, шумного поведения как на уроке, так и на перемене.

2) Власть – ребенок ведет себя неподобающе, как бы желая показать «вы мне ничего не сделаете». Часто он инициирует негативную ситуацию, чтобы чувствовать себя в ней самым главным, лидером, влияющим на ход развития событий. Руководствуясь таким мотивом, дети часто демонстративно нарушают установленный порядок, открыто отвергают требования учителя, явно противопоставляют себя другим в школьном общении.

3) Месть – в своих негативных поступках школьник отыгрывает реальную или вымышленную обиду на одноклассников, учителя, родителей или мир в целом. Часто такой мотив приводит к наиболее жестоким выходкам с применением словесной или физической агрессии к сверстникам или учителю.

4) Избегание неудачи – руководствуясь подобным мотивом, школьники предпочитают устраняться из ситуации и ничего не делать, даже когда это требуется. Они оказываются буквально «непробиваемыми» для любых обращений учителя. В прошлом они имели опыт неудачи, ошибки, за которую пострадали так сильно, что впредь решили не предпринимать вообще ничего. Подчиняясь такому мотиву, дети бывают инертны, безынициативны, отстранены, внешне безразличны. Именно они получают в свой дневник замечания вроде «весь урок смотрел в окно», «отказался выходить к доске», «не слушает на уроке, занят своими делами».

Когда мотив понятен, родитель может влиять на поведение ребенка и способствовать тому, чтобы детская потребность во внимании или чувстве собственной значимости была удовлетворена, чтобы ушло чувство обиды, чтобы появилась вера в себя. Тогда и оснований вести себя плохо не окажется и проблема плохого поведения в школе будет решена.

Всего светлого,
Ирина Буровихина

Кто виноват, если ребёнок плохо ведёт себя в школе — ребёнок, родители или учителя?

Независимо от ответа на этот вопрос, решения проблемы не знают ни одни, ни другие. Чтобы его найти, нужно, как минимум, начать диалог. Логично, если «модератором» диалога выступит психолог — человек, к которому обращаются в критических ситуациях, когда не знают, что делать с главным героем этой школьно-семейной драмы — ребёнком.

О том, как складывается жизнь сложных детей в школе, мы поговорили с Еленой Кандыбиной, психологом Центра Практической психологии и психотерапии «Белый аист».

Елена, к вам как к психологу приходят сложные дети, испытывающие трудности адаптации в школе. Есть мнение, что таких детей становится всё больше.

Читайте также :

— Причины дезадаптации в школе у ребенка могут быть самые разные. Но не только социального характера. В психологии и медицине есть такое понятие — минимальная мозговая дисфункция (ММД). По разным данным она диагностируется у 2–25% детей. Даже минимальный процент гарантирует в каждом классе наличие сложного ребенка. Симптоматика очень широкая, но вся «играет» против школы. Это и нарушение координации движений, и гиперактивность, и эмоциональная лабильность, небольшие речевые и двигательные нарушения, повышенная отвлекаемость, рассеянность, нарушения поведения. Естественно, это приводит к трудностям в обучении. Причиной возникновения ММД может быть не только патология беременности и родов или заболевания в первые годы жизни, но и, как ни парадоксально, технический прогресс. Грубо говоря, сейчас выхаживают много детей, которые раньше просто не доживали до школьного возраста.

Читать дальше:  Лишение прав за отказ от медосвидетельствования

Им трудно контролировать себя в должной степени. Они могут быть слишком импульсивны или, наоборот, слишком медлительны. Их эмоциональные реакции могут выражаться слишком ярко. К концу недели ребенок устал и рыдает. Или дерётся. Но в любом случае дезорганизует работу класса.

То есть сложные дети мешают учиться?

— Конечно, мешают. Сложный ребенок в классе — это часто проблема.

Кроме того, по поводу детей с нарушениями у людей возникает масса негативных фантазий. Родители совершенно серьёзно могут спрашивать, не заразно ли это. Или в качестве ложного аргумента против присутствия такого ребенка в классе высказывают опасение, что другие дети будут над ним издеваться. Как будто их дети прилетели с Луны, и родители не имеют никакого отношения к их воспитанию, не могут объяснить, почему существуют разные дети, поговорить про толерантность и сострадание.

Кадр из к/ф «Учитель на замену»

Есть ведь такое распространённое заблуждение, что дети жестокие…

— Дети прямолинейные. Они ещё не доросли до наших взрослых социальных масок. Мы ведь тоже во 2-3-4-5 классе часто прямо говорили то, что думали. И только позже, иногда годам к тридцати, научились делать правильное социальное лицо, умея промолчать, даже если кажется, что кто-то неправ.

От того, что ему говорят учителя и родители. Педагоги, как и родители, сказать могут самое разное. Одна мама рассказывала историю: она пришла к учителю своего сына и попросила быть с ним повнимательней, потому что ребёнок с особенностями и наблюдается у невролога. И когда в очередной раз у мальчика что-то не получилось и он, заплакав, спрятался под парту, учительница обратилась к классу со словами «Ребята, не обращайте внимания и не приставайте к нему. Он у нас дурачок и у врача лечится».

А должна ли школа воспитывать? В конце концов, её основная задача — учить.

— Хочет того школа или нет, но она является воспитательной институцией. Ребёнок от четырёх до восьми часов в день проводит в школе. И идея, что в этот временной отрезок его можно не воспитывать, а предоставить самому себе, кажется мне совершенно нежизнеспособной. Никакое обучение не проходит без воспитания. Учитель говорит с детьми, учит сидеть, слушать, вести себя определенным образом. Дети же не в застеклённых ящичках сидят, каждый за своей партой. В школе они общаются друг с другом, и необходимо организовывать процесс их взаимодействия.

Кадр из к/ф «Хористы»

Если же рассматривать школу как место, которое готовит будущего члена общества, то навык толерантности, общения с сверстником, имеющим трудности, помощь ему, становится основой для развития личности.

При этом я понимаю двойственность отношения к сложному ребенку в классе. С одной стороны, я, как психолог, работающий с семьей, оказываюсь на стороне родителя и ребенка. Ко мне нередко приходят родители, совершенно истощённые от школьного и социального прессинга. Они не понимают, что делать, чувствуют свою беспомощность и считают ситуацию безнадежной. А с другой стороны, учитель, возможно, находится в таком же положении. И если родитель может обратиться к психологу за поддержкой, то того, кто был бы на стороне педагога, часто просто нет.

От учителя постоянно что-то требуют все, кому не лень: Министерство образования, директор, родители. А в классе тридцать человек, и из них трое-четверо-пятеро непростые. Да даже если заводится всего один такой условный Вася, который всех бьёт и не дает заниматься, учитель часто не знает, что делать. То ли с Васей возиться, то ли остальных учить. Но компетенции, терпения, просто времени и сил хватает не всегда. В конце концов, тридцать детей — это просто много. И вот тут педагогу нужна помощь.

Но есть же учителя, способные успешно взаимодействовать и со сложным ребёнком, и с остальным классом.

— Если ситуация не слишком сложная, то учитель часто идет на взаимодействие с родителями. Тогда с учителем удаётся договориться. Так, я работала с мальчиком, который, попав в первый класс, не мог удерживать внимание на занятии больше десяти минут. Потом он отключался, проваливался в какой-то свой мир и до него было не достучаться. Весь класс что-то делает, а он сидит, тихонько играет в игрушки, пока учительница не подойдёт и не рявкнет. Тогда он ещё минут на пять включится, а потом снова вываливается. Причём мальчик был с довольно высоким интеллектом, но только если заниматься не больше 15 минут подряд.

Я постепенно, очень медленно увеличивала время занятий, создавала зону успешности, чтобы он понял, что школа может быть интересной игрой, а решение задач — это такой вид развлечения.

Во втором классе по просьбе мамы его пересадили на первую парту. В какой-то момент учительница поняла, что мальчик совсем не дурачок, и если ему тихо говорить, что делать, он нормально занимается. А ведь вначале были разговоры, что надо в коррекционку. Но я не знаю, была бы учительница столь же готова к диалогу, если бы в первом классе пришлось бы вести урок, когда этот же ребенок носится по классу и вопит.

Когда разговариваешь с учителями, они часто говорят, что не знают, что делать. Они признают, что бывают гиперактивные дети, дети с отставанием в развитии или особенностями поведения. Да, они в курсе, что существует лечебная педагогика, дефектология, но их этому не учили, а читать на эту тему или самостоятельно заниматься им некогда.

И тогда Вася в лучшем случае оказывается на последней парте в углу, отгороженный от остального класса. Так, один знакомый «Вася», в буквальном смысле загнанный в угол, от нечего делать научился незаметно от учительницы выползать из класса и болтаться по школе. Как-то взял и совсем ушёл из школы гулять. Его искали с милицией. А что ему делать было? Ему же всеми способами показали, что он «не с нами». Вот он и ушёл.

Кадр из к/ф «Республика ШКИД»

Лена, а что делает школьный психолог? Он задействован каким-то образом в работе со сложными детьми?

— Психолог в школе довольно редко работает индивидуально. Обычно такой возможности у него нет, потому что на одного психолога в школе приходится довольно много детей. Школьный психолог больше занят групповой работой — командообразованием, тестированием, минимальным психологическим обучением.

Кроме того, работа психолога с ребёнком имеет такую особенность: она часто осуществляется по инициативе взрослого.

Поэтому основа детской мотивации в психотерапии — контакт с психологом. Представим школьного психолога. Ему же всё про этого Васю рассказали. И Вася знает, что про него тут говорят и думают. Потому что ему тоже всё рассказали и учитель, и директор, и одноклассники.

Психолог для него — очередная школьная тётка. Ребенку трудно с ней раскрыться. Он понимает, что тут небезопасно. Нужна большая работа по установлению контакта, чтобы ребенок всё-таки поверил, что психолог за него, а не за них всех.

Читайте также :

Кроме того, часто школьные психологи не получали специального дополнительного образования именно по психологическому консультированию и психотерапии. Часто этому в наших институтах не учат. У нас учат общей психологии, психологии тестирования, диагностики. Как правило, психотерапия это всегда дополнительное, дорогостоящее образование. Среднее время освоения одного из направлений психотерапии — 3-4 года. И мало кто из школьных психологов идёт учиться. Большинство всё-таки ограничивается психологическим факультетом вуза.

Выходит, что учитель остается один на один со сложным ребенком и помощи ему ждать неоткуда?

— Часто это именно так. Поэтому, когда включение в учебный процесс и в коллектив сложного ребенка требует не слишком больших усилий, то учитель справляется. Но если требуются специальные знания, дополнительная помощь ещё одного взрослого, может ничего не получиться. Возможности учителя тоже не безграничны. Так, на психологических занятиях группы, включающей шесть сложных детей, обычно присутствуют трое взрослых. Ситуация, когда один учитель должен организовывать учебный процесс в классе, где тридцать детей — это совсем другая ситуация. В этом и кроются корни призывов «давайте их выгоним».

Читать дальше:  Лицензия на техобслуживание медицинской техники

Кадр из к/ф «Повелитель мух»

Взять хотя бы недавнюю историю с дочкой учительницы Машей, которая всё время находилась в классе. И, судя по интервью с родителями других учеников, не всегда тихо сидела, но ходила по классу, мешала заниматься. Да, она была не из этого класса, но такое могло бы произойти и со сложным учеником из этого класса. И что тогда делать?

Я думаю, что эти вещи требуют разговора. Потому что и у нас без школы ничего не получится, но и школе надо как то с ситуацией справляться.

К тому же такие дети часто дорастают до нормального поведения, и с интеллектом у них бывает всё в порядке, хотя оценки из-за трудностей включения в учебный процесс могут быть не слишком хорошие. И если такие дети будут знать, зачем им школа и учёба, то они будут стараться, постепенно улучшая свои результаты.

А вообще дети знают, зачем им школа?

— На самом деле это непростой вопрос. У родителей, у педагогов, у государства есть ответы. А у ребёнка — далеко не всегда. Дети начальной школы, у которых хорошие отношения в семье, часто учатся для родителей. Если нравится педагог — для педагога. Бывает, что ради статуса в коллективе. Есть дети, которым легко учиться или они увлеклись тем или иным предметом, тогда и сама учеба становится для ребенка ценностью. А если у ребенка нет ни интереса, ни стремления получить похвалу, то ему просто трудно и скучно.

Но школа заполняет собой не только часы, отведённые на занятия.

Они делают их ежедневно, до глубокой ночи. Больше ни на что времени не остаётся. И вот представьте, если учеба у ребенка не идет, но он почти круглосуточно занят тем, что ему неинтересно, тяжело и плохо, тем, что у него не получается, тем, где он заведомо неуспешен. И все — родители, учителя, родственники — всё время интересуются именно этой, трудной и неприятной стороной его жизни. В какой-то момент ребенок начинает ненавидеть школу, потому что трудно в такой обстановке возникнуть любви к учебе.

Родители тоже это понимают, но когда я предлагаю провести эксперимент — неделю отводить на уроки два часа, что успели, то сделали, а остальное время занимать чем-то приятным и интересным — то по пальцам пересчитать можно, кто на такое соглашается. Пойти с несделанными уроками вызывает панический ужас скорей у родителей, чем у детей.

Но и без школы ничего не выйдет. Психолог работает, корректирует, двигается по миллиметру. А потом ребенок приходит в школу, на него в сердцах накричит учитель или выгонит на последнюю парту.

«Мало его лупите» — сказала учительница одной из мам. А у неё ребёнок и так всех бьёт. Если его тоже бить, то это только поддержит его способ общения. Как раз на занятиях с психологом шла работа на снятие агрессии, на то чтобы он выстраивал отношения другим способом. Мальчик сам по себе очень умный, но крайне импульсивный: сначала даст в лоб, а потом подумает. Если и дома его начнут бить за проступки, то тут уж никакой психолог на сможет сделать так, чтобы он считал такой способ воздействия неправильным.

Но правда в том, что он действительно бьет детей в школе. И учителя, и родители других учеников не могут относиться к этому спокойно. Поэтому социальное давление на родителя довольно велико, возникает отчаяние, ощущение беспомощности, мама считает себя плохой, не справляющейся с воспитанием ребенка. Приходит к психологу такая мама и плачет. И хотя она сама видит проблемы в поведении своего ребенка, многое делает для их решения, но она не получает никакого признания своих трудов. Каждый раз после посещения школы ей нужна реабилитация. Мы говорим всего лишь о третьекласснике, но мама всерьёз обсуждает колонию для несовершеннолетних как его жизненную перспективу.

Итак, учителя обвиняют родителей в недостаточном воспитании, родители — учителей в отсутствии индивидуального подхода и все вместе — детей в том, что они избалованы и совершенно не умеют себя вести. Маска козла отпущения как горячий пирожок перекидывается друг другу участниками этого замкнутого круга: ребёнком, родителем и педагогом. Но даже если найти «самого виноватого», это никак не изменит ситуацию.

Кадр из к/ф «Игры для детей школьного возраста»

Лена, я знаю, что ты ещё занимаешься консультированием приемных семей. В случае возникновения проблем у приёмного ребенка положение гораздо хуже. Обычного, «родного» отругают, накажут, но из дома не выгонят. Приёмного же могут сдать обратно как вещь.

— Школьные трудности и проблемы социализации часто служат поводом для возврата ребёнка. Школа, образование и социализация очень много значат для родителей. Порой мне кажется, что слишком много.

Но никто не берёт ребенка в семью, чтобы потом вернуть в детский дом. Ребенка хотят растить, воспитывать и сделать из него достойного члена общества. Очень часто одна из основных целей родителей — дать нормальное образование. И когда в школе возникают проблемы, у родителей рушатся смысловые ориентиры, они чувствуют себя в безвыходной ситуации.

А если ещё и из школы несутся проклятия: «зачем вы взяли, если не справляетесь?», то родителю приходится держаться из последних сил. Родители привыкли верить социальному окружению, где школа занимает довольно большое место. Такой родитель приходит и говорит «я его очень люблю, но раз все говорят, что он ужасен, наверное он действительно ужасен и я ничего не смогу сделать». Ещё один привычный текст: «Нас уже отовсюду выгнали. С нами никто не хочет заниматься». Бывает, что родитель приходит уже с привычным отчаянием или агрессией на лице.

Часто такой сложный ребенок уже сменил две-три школы, а родители уже не верят, что кто-то прислушаться к их проблемам. С такими родителями на первых встречах я просто разговариваю о ребёнке, не ужасаясь ему. Мама или папа привыкают к тому, что их не выгонят отсюда, что ребёнок — всего лишь ребёнок, а не монстр, лица у них мягчеют, они могут уже обсуждать что-то конструктивно.

К сожалению, школьные проблемы могут стать катализатором ухудшения отношений в семье в целом. И не всегда получается помочь такой семье.

Но приёмные дети далеко не всегда проблемные. У меня есть знакомая семья, в которой несколько приемных детей и все нормально учатся в школе, у них прекрасные взаимоотношения в семье. Здесь и помощь специалиста практически не требуется

В заключение

Это интервью — лишь обозначение существующей проблемы, о которой не принято говорить громко, а в прессу она просачивается в основном в виде скандалов. Но даже сама постановка проблемы, обсуждение причин — уже огромный рывок на пути к её разрешению.

Этим текстом мы хотим начать дискуссию между учителями и психологами. Очень важно, чтобы каждая из сторон сделала шаги навстречу друг другу. А какие именно — и есть главная тема этого диалога.

3 ноября 2015, 13:00
Мнение автора может не совпадать с позицией редакции.

Добавить комментарий

Your email address will not be published. Required fields are marked ( Обязательно )

Adblock detector