Бесплатная консультация юриста
Круглосуточно
Звоните сейчас!
+7 (499) 322-26-53
Вы здесь:  / Юридические справки / Необоснованное требование оплаты несуществующего долга

Необоснованное требование оплаты несуществующего долга

Президиум ВАС РФ рассмотрел дело о неосновательном обогащении кредитора, которому за должника была уплачена денежная сумма третьим лицом. Последнее позднее передумало и предъявило соответствующий иск, обосновав его тем, что не состоит в каких-либо договорных отношениях ни с должником, ни с кредитором, а деньги перечислило по ошибке. Позиции арбитражных судов по данному вопросу разошлись 2 к 1 не в пользу кредитора, однако решающее слово сказал Президиум ВАС РФ. Несколько лет назад он уже рассматривал аналогичное дело, но его позиция видимо не "дошла" до всех арбитражных судов. На этот раз жалоба была подана заявителем совместно с Уполномоченным при Президенте РФ по защите прав предпринимателей (он таким правом обладает на основании ст. 53.1 АПК РФ).

КРАТКО

Спорное требование: Взыскать с кредитора неосновательное обогащение, полученное в результате исполнения обязательства должника третьим лицом. Последнее ссылается на отсутствие у него каких-либо договорных отношений с кредитором или должником и ошибочное перечисление средств.

Суд решил: В удовлетворении требования отказать, так как третье лицо, перечисляя средства, действовало добровольно, и было осведомлено о характере и условиях возникшего между должником и кредитором обязательства.

ООО "Славяне Про" заключило с ИП Кузнецовым договор подряда на строительство жилых домов. Согласно приложению к данному договору, материалы для строительства поставляет ООО "МИО" на основании договора поставки заключенного со ООО "Славяне Про". Последний договор так и не был подписан, а материалы поставлялись по товарным накладным.

Позднее ИП Самохвалов (одновременно директор ООО "Славяне Про") – перечислил на расчетный счет ООО "МИО" 12,5 млн руб. Платежи были приняты ООО "МИО", так как в качестве назначения платежа была указана поставка строительных материалов по упомянутым выше договорам.

Вскоре ИП Самохвалов обратился в арбитражный суд с иском о взыскании с ООО "МИО" 12,5 млн руб. неосновательного обогащения и процентов за пользование чужими денежными средствами. Основание – ошибочное перечисление средств и отсутствие у него каких-либо фактических правоотношений с ООО "МИО" по названным договорам.

ООО "МИО напротив" указывало, что является добросовестным кредитором, и обязано было принять исполнение, предложенное за должника третьим лицом. Аналогичные доводы приведены в заявлении Уполномоченного при Президенте РФ по защите прав предпринимателей.

Исполнение обязательства может быть возложено должником на третье лицо, если из закона, иных правовых актов, условий обязательства или его существа не вытекает обязанность должника исполнить обязательство лично. В этом случае кредитор обязан принять исполнение, предложенное за должника третьим лицом (ст. 313 ГК РФ).

Согласно ст. 1102 ГК РФ лицо, которое без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований приобрело или сберегло имущество за счет другого лица, обязано возвратить последнему такое имущество (неосновательное обогащение).

В соответствии с ч. 4 ст. 1109 ГК РФ не подлежат возврату в качестве неосновательного обогащения денежные суммы и иное имущество, предоставленные во исполнение несуществующего обязательства если приобретатель докажет, что лицо, требующее возврата имущества, знало об отсутствии обязательства либо предоставило имущество в целях благотворительности.

На основании ч. 2 ст. 1107 ГК РФ на сумму неосновательного денежного обогащения подлежат начислению проценты за пользование чужими средствами (ст. 395 ГК РФ) с того времени, когда приобретатель узнал или должен был узнать о неосновательности получения или сбережения денежных средств.

По мнению суда первой инстанции, в деле отсутствуют доказательства того, что ИП Самохвалов при перечислении денежных средств действовал в интересах или по поручению кого-либо из сторон по договору подряда на строительства жилых домов. Кроме того, суд отклонил аргумент ООО "МИО" о том, что, денежные средства не подлежат возврату, поскольку ИП Самохвалов, перечисляя их, знал об отсутствии у него соответствующих обязательств.

В частности, по мнению суда, при отказе возвратить полученные средства ответчик обязан привести достаточно весомые аргументы, обосновывающие его право на их удержание. Так, суд отметил, что согласно ст. 359 ГК РФ удержанием вещи могут обеспечиваться требования не связанные с оплатой вещи или возмещением издержек на нее и других убытков, но возникшие из обязательства, стороны которого действуют как предприниматели.

" Договорные отношения между истцом и ответчиком отсутствуют. Доказательств наличия иных обязательств ИП Самохвалова И.П. перед ООО "МИО" последний суду не предоставил. ИП Самохвалов И.П. в указанных выше договорах не упоминается. Доказательства того, что последний взял на себя какие-либо обязательства по оплате поставки строительных материалов по данным договорам, в деле отсутствуют".

Помимо этого суд отметил, что нельзя рассматривать оплату, произведенную ИП Самохваловым в качестве конклюдентных действий, подтверждающих наличие договорных отношений, поскольку передача товара в рамках указанного договора ООО "МИО" не осуществлена, а ИП Самохвалов не является стороной по договору. Кроме того, последний ссылается на то, что оплата явилась ошибкой бухгалтера.

Тот факт, что ИП Самохвалов является генеральным директором ООО "Славяне Про" и его учредителем также, по мнению суда первой инстанции каких-либо правовых последствий для последнего не влекут, так как с точки зрения гражданского законодательства гражданин Самохвалов и ИП Самохвалов – не одно и то же лицо.

В итоге требования ИП Самохвалова о взыскании с ООО "МИО" неосновательного обогащения и процентов за пользование чужими денежными средствами было удовлетворено (решение Арбитражного суда Республики Карелия от 26 июля 2013 г. по делу № А26-3145/2013).

Как отметил суд апелляционной инстанции, на основании п. 4 ст. 1109 ГК РФ потерпевший может истребовать неосновательное обогащение, если не доказано, что он заведомо знал об отсутствии обязательства по оплате. В связи с этим суд апелляционный суд указал, что ИП Самохвалов помимо спорных, осуществлял и другие платежи на расчетный счет ООО "МИО" в качестве оплаты за поставку материалов со ссылкой на незаключенный договор поставки.

Суд подчеркнул, что правовая или фактическая ошибка исключена, так как ИП Самохвалов, как предприниматель и как руководитель юридического лица является одним и тем же субъектом, действия которого направлены на реализацию одного и того же проекта по строительству. Об этом, по мнению суда, свидетельствуют участие ИП Самохвалова в приемке ввода водопроводной сети в существующую сеть и получение разрешения на право рубки древесно-кустарниковой растительности и деревьев на участке строительства. Кроме того, суд усмотрел в действиях третьего лица признаки злоупотребления правом.

"Защита на основании ст. 10 ГК РФ не предоставляется в случае совершения формально правомерных действий, исключительной целью которых является причинение вреда другой стороне. В данном случае, такая цель в действиях истца усматривается. Удовлетворение требований иска привело бы к необратимым последствиям для ООО "МИО", вынужденного обращаться к ИП Кузнецову, как к лицу осуществившему приемку товара по накладным с требованием о взыскании спорной суммы и последующего обращения ИП Кузнецова к ООО "Славяне Про" с регрессным иском при всей сложности сбора соответствующих доказательств, в то время как Самохвалов И.П., как предприниматель использует возможность для оборота денежных средств в предпринимательских целях за счет иных лиц".

В связи с этим апелляционным судом решение суда первой инстанции было отменено, во взыскании неосновательного обогащения и процентов отказано (постановление Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 30 октября 2013 г. по делу № А26-3145/2013).

Суд кассационной инстанции согласился с судом первой инстанции. В частности, он отметил, что ответчик, фактически получивший от истца денежные средства в размере 12,5 млн руб., не представил доказательств наличия каких-либо договорных или иных правовых оснований получения и удержания указанных денежных средств. Представленные же товарные накладные в подтверждение поставки строительных материалов сами по себе не являются доказательствами отсутствия неосновательного обогащения.

Как отметил суд, в счет оплаты строительных материалов для строительства жилых домов поставщик получил от ООО "Славяне Про" и ИП Самохвалова в общей сумме 45 млн руб. При этом в материалах дела отсутствуют доказательства поставки ООО "МИО" строительных материалов на полученные от ООО "Славяне Про" и ИП Самохвалова денежные средства.

Применение судом апелляционной инстанции п. 4 ст. 1109 ГК РФ также, по мнению кассационного суда, является ошибочным. Так, он отметил, что согласно Постановлению Президиума ВАС РФ от 11 октября 2011 г. № 6568/11, названная норма подлежит применению только в том случае, если передача денежных средств или иного имущества произведена добровольно и намеренно при отсутствии какой-либо обязанности со стороны передающего (дарение) либо с благотворительной целью.

Суд кассационной инстанции отметил, что ответчик не представил доказательств того, что истец имел намерения передать средства в дар или с целью благотворительности. Ссылка при перечислении денежных средств на спорные договоры подряда и поставки в графе "Назначение платежа" сама по себе не подтверждает наличие у истца намерения передать спорные денежные средства в дар ответчику.

В связи с этим, суд кассационной инстанции отменил постановление апелляционного суда и оставил в силе решение суда первой инстанции (постановление ФАС Северо-Западного округа от 22 января 2014 г. по делу № А26-3145/2013).

Кто же прав: позиция Президиума ВАС РФ

Во-первых, Президиум ВАС РФ отметил, что исходя из п. 1 ст. 313 ГК РФ исполнение обязательства может быть возложено должником на третье лицо. Кредитор в этом случае обязан принять исполнение, предложенное за должника третьим лицом. Праву должника возложить исполнение на третье лицо корреспондирует обязанность кредитора принять соответствующее исполнение. При этом закон не наделяет добросовестного кредитора полномочиями по проверке того, действительно ли исполнение обязательства было возложено должником на третье лицо.

Следовательно, исполнение добросовестному кредитору не может быть признано ненадлежащим, если кредитор не знал и не мог знать о том, что на третье лицо не возложено исполнение обязательства, и если этим исполнением не нарушены права и законные интересы должника. Поскольку в этом случае исполнение обязательства принимается кредитором правомерно, к нему не могут быть применены положения ст.1102 ГК РФ, так как отсутствие соглашения между должником и третьим лицом о возложении исполнения на третье лицо не свидетельствует о возникновении у кредитора неосновательного обогащения.

Как отметил Президиум ВАС РФ, в данном случае ИП Самохвалов, производя платеж, продемонстрировал свою осведомленность о характере и условиях возникшего между ООО "МИО" и ООО "Славяне Про" обязательства и предложил принять денежные средства в счет исполнения ООО "Славяне Про" обязанности по оплате поставленных материалов (в частности в платежках указал реквизиты договоров подряда и поставки).

При этом сумма уплаченных ИП Самохваловым денежных средств и срок их перечисления соотносятся с условиями, согласованными в договоре подряда и дополнительных соглашениях к нему. Доказательства того, что принятие кредитором предложенного третьим лицом за должника исполнения привело к нарушению прав и законных интересов самого должника суд также не обнаружил.

Также Президиум ВАС РФ в отличие от кассации принял во внимание аргумент о том, что ИП Самохвалов является учредителем и руководителем ООО "Славяне Про". Платежные поручения на перечисление денежных средств ООО "МИО" за поставленные материалы как от имени ООО "Славяне Про", так и от имени ИП подписаны Самохваловым.

"Предприниматель, совершая спорные платежи, действовал добровольно и знал как об отсутствии у него договорных отношений с обществом "МИО", так и о поставке оплаченных им материалов в рамках договора с обществом "Славяне Про", а также о цели приобретения этих материалов".

Кроме того, перечисление денежных средств ООО "МИО" в качестве оплаты материалов влияло, в том числе на цену договора подряда. В случае своевременности соответствующих перечислений поставщику материалов уменьшалась цена договора подряда, что указано в дополнительных соглашений к нему.

Перечисленная предпринимателем ООО "МИО" сумма была учтена при оплате ООО "Славяне Про" выполненных работ по договору подряда, при этом подрядчик в соответствии с условиями дополнительного соглашения уменьшил цену договора, подлежащую уплате ООО "Славяне Про". Кроме того, ИП Самохвалов включил затраты, связанные с оплатой материалов ООО "МИО", в расходы при исчислении НДФЛ.

Читать дальше:  Как при покупке авто проверить юридическую чистоту

Президиум ВАС РФ следом за апелляционным судом отметил, что правовая или фактическая ошибка при совершении спорных платежей исключена, поскольку ИП Самохвалов как предприниматель и как руководитель юридического лица является одним и тем же лицом, действия которого направлены на реализацию проекта по строительству жилого комплекса в рамках договора подряда.

Таким образом, по мнению надзорной инстанции, ООО "МИО" является добросовестным кредитором и в сложившихся обстоятельствах разумно предполагало осуществление исполнения предпринимателем с согласия ООО "Славяне Про". В итоге постановление суда кассационной инстанции отменено (Постановление Президиума ВАС РФ от 15 июля 2014 г. № 3856/14 по делу № А26-3145/2013).

Таким образом, в отличие от судов первой и кассационной инстанции, Президиум ВАС РФ в данном деле при определении наличия или отсутствия неосновательного обогащения кредитора при исполнении обязательства третьим лицом акцентировал внимание на следующих моментах:

ключевое значение имеет осведомленность третьего лица о характере и условиях возникшего между должником и кредитором обязательства;

кредитор не обязан проверять, передавал ли в действительности должник третьему лицу право исполнить обязательство от его имени;

исполнение кредитору правомерно, если он не знал и не мог знать о том, что исполнения обязательства не возложено на третье лицо;

одновременно исполнение обязательства третьим лицом не должно привести к нарушению прав и законных интересов должника;

Самое интересное, что четырьмя годами ранее в порядке надзора уже было рассмотрено практически идентичное дело (Постановление Президиума ВАС РФ от 28 октября 2010 г. № 7945/10). При этом также, как и в описанном выше случае, первая и кассационная инстанции ошибочно квалифицировали действия кредитора как неосновательное обогащение, а апелляционный суд напротив сделал правильный вывод (см. решение Арбитражного суда г. Москвы от 14 октября 2009 г. по делу № А40-66444/09-3-599; постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 25 декабря 2009 г. № 09АП-25392/2009-ГК по делу № А40-66444/09-3-599; постановление ФАС Московского округа от 12 апреля 2010 г. № КГ-А40/2737-10 по делу № А40-66444/09-3-599).

Основное противоречие позиции Президиума ВАС РФ в этих и других случаях: суды указывают, на недоказанность кредитором того факта, что должник возложил на третье лицо исполнение своих обязательств перед ним. В связи этим, по их мнению, кредитор не может принимать исполнение такого обязательства. Однако в основном, арбитражные суды по аналогичным делам все же придерживаются позиции Президиума ВАС РФ (см. постановление ФАС Восточно-Сибирского округа от 16 мая 2013г. по делу № А78-4249/2012; постановление ФАС Западно-Сибирского округа от 8 мая 2014 г. № Ф04-3850/14 по делу № А45-12956/2013; постановление Седьмого арбитражного апелляционного суда от 27 декабря 2011 г. № 07АП-10055/11 по делу № А45-9957/2011).

Также достаточно распространенными являются схожие дела, но связанные с исполнение третьим лицом обязательств должников по кредитным договорам перед банком. В таких ситуациях банки, как правило, также признаются добросовестными кредиторами, не допустившими неосновательного обогащения (см. Определение Высшего Арбитражного Суда РФ от 6 августа 2013 г. № ВАС-9705/13; постановление ФАС Московского округа от 2 апреля 2013 г. № Ф05-2609/13 по делу № А40-77917/2012; постановление ФАС Уральского округа от 18 марта 2013 г. № Ф09-121/13 по делу № А47-7084/2012; постановление ФАС Уральского округа от 5 марта 2013 г. № Ф09-9471/11 по делу № А07-1166/2011). Однако исключения встречаются (см. решение Арбитражного суда Оренбургской области от 28 августа 2012 г. по делу № А47-7084/2012).

Сторона, за счет которой обогатились, заранее находится в невыгодном положении: она осталась без денег или имущества, должники не хотят добровольно возвращать неосновательное обогащение, судебная практика часто противоречива и нужно хорошо ориентироваться в прецедентах, чтобы не проиграть спор. Мы собрали наиболее острые вопросы и разобрались, как в судебном порядке успешно вернуть то, что по праву принадлежит взыскателю.

Лицо, которое за счет другого без законных оснований приобрело или сберегло имущество, обычно не спешит возвращать его владельцу. И потерпевший вынужден обращаться в суд. Но перед спором необходимо выяснить, на что можно рассчитывать при подаче иска, и какую позицию нужно занять, чтобы выиграть дело. Рассмотрим основные вопросы, которые могут возникнуть в таком случае.

Вопрос 1. Нужно ли соблюдать обязательный претензионный порядок

Перед началом взыскания неосновательного обогащения в судебном порядке необходимо направить второй стороне спора претензию (ч. 5 ст. 4 АПК РФ). Если не соблюсти такой порядок, суд вернет исковое заявление (определение АС Чувашской Республики от 21.06.16 по делу № А79-5581/2016).

Вопрос 2. Как исчислять срок исковой давности

На требования о взыскании неосновательного обогащения распространяется общий трехлетний срок исковой давности, но его необходимо исчислять отдельно по каждому из требований.

Таблица. Правила исчисления сроков при взыскании неосновательного обогащения

Неосновательно произведенные платежи

Отдельно по каждому платежу (решение ВАС РФ от 13.03.12 № ВАС-15916/10)

Неосновательно удерживаемый аванс

С момента расторжения договора (постановление Президиума ВАС РФ от 01.12.11 по делу № А53-15356/2010)

НДС, излишне уплаченный по счету-фактуре, в котором была указана необоснованная ставка налога

С момента оплаты (постановление Президиума ВАС РФ от 23.11.10 по делу № А40-124732/09-137-908)

Переданное по незаключенному договору

С момента, когда истец узнал или, действуя разумно и с учетом складывающихся отношений сторон, должен был узнать о нарушении своего права

Неосновательное обогащение в виде расходов, понесенных на благоустройство (реконструкцию) недвижимого имущества, которое подлежит возврату прежнему собственнику

Со дня подписания акта приема-передачи такого имущества (постановление Президиума ВАС РФ от 18.01.11 по делу № А68-1502/2009)

До момента, когда суд квалифицирует договор как незаключенный, лицо в отсутствие однозначных доказательств обратного может полагать, что договор порождает юридические последствия. Если платеж проведен в счет будущего договора, и после этого стороны продолжали переговоры, о своем праве предъявить требование истец должен был узнать в момент окончания переговоров. Именно тогда стало очевидно, что цель платежа не будет достигнута ( п. 5 информационного письма Президиума ВАС РФ от 25.02.14 № 165).

Вопрос 3. Можно ли истребовать ранее исполненное, если договор расторгнут, а другая сторона неосновательно обогатилась

Да, можно. Лицо, которое без оснований приобрело или сберегло имущество за счет другого лица, обязано возвратить ему неосновательно приобретенное или сбереженное имущество. Это правило применяется независимо от того, было ли неосновательное обогащение результатом поведения приобретателя имущества, потерпевшего, третьих лиц или помимо их воли (ст. 1102 ГК РФ).

Кроме того, можно истребовать в качестве неосновательного обогащения деньги, полученные до расторжения договора, если не было предоставлено встречное удовлетворение, и отпала обязанность его представить (п. 1 информационного письма Президиума ВАС РФ от 11.01.2000 № 49, далее – информационное письмо № 49).

Фабула дела: Общество (истец) и компания (ответчик) заключили договор поставки металлоконструкций. По выставленному счету общество перечислило компании денежные средства. Компания не выполнила свои обязательства по поставке продукции, аванс не возвратила. Общество обратилось в суд.

Позиция суда: Ответчик не доказал факт передачи оплаченного товара, а значит, неосновательно удерживает перечисленные в качестве предоплаты денежные средства. Требования истца правомерны. Суд их удовлетворил.

Реквизиты документа: постановление АС Западно-Сибирского округа от 31.05.16 по делу №А70-10938/2015.

Основанием возникновения обязательства может быть не только расторжение договора, но и незаключенный договор (постановление Президиума ВАС РФ от 29.01.13 по делу № А51-15943/2011)

Вопрос 4. Можно ли возместить стоимость неосновательного обогащения

Если невозможно возвратить в натуре неосновательно полученное или сбереженное, приобретатель должен возместить действительную стоимость имущества на момент его приобретения (п. 1 ст. 1105 ГК РФ). Потерпевший вправе потребовать возместить ему стоимость даже в том случае, когда неосновательно приобретенное имущество полностью износилось и не может быть использовано.

Так, истец обратился в суд с требованием взыскать стоимость трубы для теплотрассы на момент ее передачи ответчику. Истец обосновал свое требование тем, что возврат трубы в натуре из-за ее существенного износа экономически нецелесообразно. Имущество практически утратило свое хозяйственное назначение и не может использоваться по первоначальному назначению. Суд признал право потребовать возмещения стоимости имущества из-за невозможности его возврата в натуре (определение ВАС РФ от 23.03.12 по делу № А46-8108/2011).

Вопрос 5. Как вернуть ошибочно исполненное

К требованиям о возврате ошибочного исполненного применяются правила об обязательствах вследствие неосновательного обогащения (п. 4 информационного письма № 49).

Так, в собственность города была передана излишняя площадь, которая причиталась компании (истцу). Город не оплатил задолженность по площадям, и не предоставил компании эквивалентное количество нежилых площадей. Суд удовлетворил требование истца, так как правительство города узнало о неосновательном сбережении в момент подписания акта о частичной реализации инвестиционного проекта, но не возвратило сумму неосновательного обогащения по претензии истца (постановление АС Московского округа от 17.09.14 по делу № А40-96608/13).

Вопрос 6. Как вернуть неосновательное обогащение при уступке права требования

Если должника не уведомили о состоявшемся переходе прав кредитора к другому лицу, новый кредитор вправе истребовать исполненное от прежнего кредитора как неосновательно полученное (п. 10 информационного письма № 49).

Уступка права требования к солидарным должникам означает выход из правоотношений с ними, поэтому получение денег от должников после заключения договора уступки права требования расценивается как неосновательное обогащение (постановление АС Восточно-Сибирского округа от 04.04.16 по делу № А33-7173/2015).

Вопрос 7. Как рассчитать размер неустойки, если точно неизвестно, когда наступило неосновательное обогащение

Рассчитывать проценты за неосновательное обогащение необходимо с момента, когда приобретатель узнал или должен был узнать и неосновательности получения или сбережения денежных средств (ч. 2 ст. 1107 ГК РФ). Это определяется в каждом конкретном случае и зависит от того, какой информацией располагал приобретатель.

Например, если заказчик на основании выставленного исполнителем счета ошибочно перевел сумму в большом размере, то неосновательное обогащение возникает с момента получения указанной суммы на расчетный счет. В платежном поручении указывается сумма, назначение и основание платежа, которые позволяют исполнителю определить, что указанный платеж по сумме не соответствует выставленному счету.

Фабула дела: Общество (истец) ошибочно перечислило на счет компании (ответчика) денежные средства. В графе назначение платежа было указано: перечисление кредиторской задолженности по акту сверки. Через некоторое время общество обратилось к компании с письмом вернуть ошибочно перечисленные денежные средства. Компания письмо получила, но не ответила на него, деньги не возвратила. Общество обратилось в суд за взысканием неосновательного обогащения и процентов за пользование чужими денежными средствами.

Позиция суда: Между истцом и ответчиком существовали договорные отношения, однако правовые основания для перечисления спорной суммы отсутствовали. Проценты за пользование денежными средствами истец правомерно рассчитал со дня, когда ответчик получил письмо – претензию о возврате ошибочно перечисленного. Суд удовлетворил требования истца.

Реквизиты документа: постановление АС Центрального округа от 14.07.15 по делу № А48-4317/2014.

Проценты за пользование чужими средствами на сумму неосновательного обогащения рассчитываются по правилам статьи 395 ГК РФ.

«По требованию одной стороны денежного обязательства о возврате исполненного в связи с этим обязательством, например, при излишней оплате товара, работ, услуг на излишне уплаченную сумму начисляются проценты, предусмотренные статьей 395 ГК РФ, со дня, когда получившая указанные денежные средства сторона узнала или должна была узнать об этих обстоятельствах (п. 51 постановления Пленума ВС РФ от 24.03.16 № 7 «О применении судами некоторых положений…»).

За период до 1 августа 2016 года при расчете процентов за пользование чужими денежными средствами необходимо использовать средние ставки банковского процента по вкладам физических лиц в месте жительства кредитора, а с 1 августа – ключевую ставку Банка России.

Вопрос 8. Можно ли взыскать неосновательное обогащение в случае причинения вреда

Да, можно применить к деликтным обязательствам положения о неосновательном обогащении, если причинитель вреда повредил или уничтожил имущество и обогатился за счет этого (п. 4 ст. 1103 ГК РФ).

Читать дальше:  Закон о плате за капремонт многоквартирных домов

Так, суд взыскал денежные средства с компании, которая незаконно врезала в колодец с магистральными трубопроводами трубу и потребляла воду без договора и прибора учета (постановление АС Северо-Западного округа от 09.02.16 по делу № А05-3273/2015).

На основании статьи 1105 ГК РФ приобретатель должен возместить потерпевшему действительную стоимость неосновательно полученного или сбереженного имущества на момент его приобретения, а также убытки, вызванные последующим изменением стоимости имущества, если приобретатель не возместил его стоимость немедленно после того, как узнал о неосновательности обогащения (п. 2 информационного письма № 49).

Вопрос 9. Нужно ли доказывать факт извлечения и размер доходов, которые получил ответчик от неосновательно приобретенного имущества

Да, обязательно. Лицо, которое неосновательно получило или сберегло имущество, обязано возвратить или возместить потерпевшему все доходы, которые извлекло или должно было извлечь из этого имущества (п. 1 ст. 1107 ГК РФ). Судебная практика исходит из того, что доказывать факт извлечения доходов должен истец.

Фабула дела: Общество (истец) пользовалось принадлежащим Университету (ответчику) помещением без правовых оснований, и сберегло денежные средства, составляющие плату за пользование помещением. Однако в помещении находилось печатное оборудование общества, которое мог использовать Университет, в результате чего последний неосновательно обогатился.

Позиция суда: Истец не доказал, что Университет извлек или должен был извлечь доходы из имущества истца (печатного оборудования); он также не доказал размер дохода. Суд отказал в удовлетворении требований о взыскании неосновательного обогащения.

Реквизиты документа: постановление АС Московского округа от 21.05.14 по делу № А40-107429/2011.

Необходимо мотивированно рассчитать доход, который должен был получить приобретатель неосновательного обогащения. Суды могут отказать в удовлетворении требований из-за того, что взыскатель использовал ненадлежащий подход к оценке объектов, не представил данные о размере доходов, которые обычно извлекаются при использовании аналогичного имущества, или не вычленил доход, полученный от неосновательно используемого имущества, от имущества других собственников и т.д.

Вопрос 10. Может ли банк, который ошибочно зачислил средства получателю, истребовать их как неосновательно приобретенное имущество

Правила об обязательствах вследствие неосновательного обогащения применяются к требованиям одной стороны к другой о возврате ошибочно исполненного (п. 4 информационного письма № 49). Если лицо приобрело (сберегло) имущество без правового основания, то это неосновательное обогащение, которое нужно вернуть.

Платежи в бюджет сверх требований законодательства тоже расцениваются как неосновательное обогащение.

Фабула дела: в результате технического сбоя банк ошибочно (в двойном размере) перевел денежные средства в Федеральную таможенную службу (ФТС). Первоначально деньги списались со счета клиента, повторно – с корреспондентского счета банка, за счет собственных средств. Банк обратился в ФТС с требованием-уведомлением о возврате ошибочно перечисленных сумм. Служба требование не исполнила, деньги не вернула.

Позиция суда: Банк обоснованно обратился с требованием о возврате указанной суммы, правильно квалифицировав полученные денежные средства в качестве неосновательного обогащения. Требование банка о взыскании неосновательного обогащения и процентов за пользование чужими денежными средствами обоснованно и подлежит удовлетворению.

Реквизиты документа: постановление АС Московского округа от 23.11.15 по делу № А40-200261/2014.

Безналичные расчеты производятся через банки, но не за счет последних (п. 9 информационного письма № 49).

Вопрос 11. Применяются ли положения о невозврате неосновательного обогащения к требованиям о возврате полученного по недействительной сделке

Деньги или имущество, переданные во исполнение несуществующего обязательства, не возвращаются, если лицо, которое требует возврата, знало об отсутствии обязательства или передало их на благотворительные цели (п. 4 ст. 1109 ГК РФ). Однако это не применяется к отношениям, связанным с последствиями недействительности ничтожной сделки. Каждая из ее сторон обязана возвратить другой все полученное (п. 2 ст. 167 ГК РФ).

Требования о возврате исполненного по недействительной сделке рассматриваются по правилам обязательств о неосновательном обогащении (ст. 1103 ГК РФ).

Фабула дела: истец обратился в суд с иском о признании недействительным соглашения о продаже доли в уставном капитале. Истец передал деньги по расписке, но договор купли-продажи доли заключен не был, денежные средства истцу не возвратили.

Позиция суда: в связи с тем, что возврат уплаченных денежных средств нельзя произвести на основании статьи 167 ГК РФ (сделки как таковой не было), суд удовлетворил требования истца о взыскании денежных средств в порядке статьи 1102 ГК РФ. Стороны не представили доказательства того, что истец передал деньги в дар или на благотворительность, поэтому нет оснований для применения к рассматриваемым отношениям пункта 4 статьи 1109 ГК РФ. Суд удовлетворил требования истца, взыскал сумму неосновательного обогащения и проценты за пользование чужими денежными средствами.

Реквизиты документа: постановление Девятого ААС от 26.02.14 по делу А40-126372/2013.

Деньги, перечисленные третьим лицам во исполнение недействительной сделки, должны быть возвращены стороной по этой сделке (п. 12 информационного письма № 49).

Вопрос 12. Подлежат ли возврату неосновательно полученные денежные средства, предоставленные во исполнение несуществующего обязательства

Не подлежат, если лицо, которое их передавало, действовало недобросовестно, без намерений вступить в правовые отношения с их получателем. Это следует из пункта 4 статьи 1109 ГК РФ (постановление Седьмого ААС от 14.10.15 № 07АП-11330/2014).

Фабула дела: стороны заключили договор подряда, по которому подрядчик (ответчик) должен был выполнить строительные работы. Заказчик (истец) работу оплатил. Впоследствии договор был признан незаключенным, факт сдачи результатов работ не доказан. Заказчик обратился в суд о взыскании неосновательного обогащения.

Позиция суда: подрядчик не выполнил взятые на себя обязательства, доказательства выполнения работ на спорную сумму и сдачи их результатов истцу не представил. Поскольку спорный договор признан судом незаключенным, а ответчиком не представлено доказательств выполнения работ либо возвращения истцу суммы, суд пришел к выводу, что подрядчик неосновательно удерживает денежные средства. Требования истца были удовлетворены.

Реквизиты документа: постановление Первого ААС от 11.09.15 по делу №А39-50/2015.

Кроме того, неосновательно полученные денежные средства не подлежат возврату, если:

— их передали добровольно и намеренно;

— отсутствовала обязанность со стороны передающего (дарение);

— их передали с благотворительной целью.

Это следует из пункта 4 статьи 1109 ГК РФ. Примечательно, что в отношении государственных контрактов применяется следующее правило: если лицо поставило товары без заключения контракта, суд может не удовлетворить требование о неосновательном обогащении, так как лицо не могло не знать, что работы выполняются им при очевидном отсутствии обязательства (постановление Шестого ААС от 24.07.15 по делу № А73-2565/2015).

Статьи по теме

При каких условиях требование о возврате долга может иметь признаки уголовно наказуемого деяния Какие ошибки допускаются при оценке действий кредиторов

  • При каких условиях требование о возврате долга может иметь признаки уголовно наказуемого деяния
  • Какие ошибки допускаются при оценке действий кредиторов

Михаил Анатольевич Фомин,
председатель президиума МГКА «Фомин и партнеры», к. ю. н.

На протяжении веков между людьми возникали денежные долговые обязательства, которых в современном обществе не стало меньше. Напротив, количество заемщиков с каждым годом растет, растет и количество лиц, которые по ряду причин, а некоторые и беспричинно, действуя по принципу «беру чужое, а отдавать приходиться свое», не расплачиваются с кредитором, в результате чего возникают конфликты, заканчивающиеся в ряде случаев совершением кредитором противоправных действий в отношении должника.

Квалификация действий как вымогательства

Судебная практика показывает, что требования кредитора к должнику о возврате долга органы предварительного следствия квалифицируют по ст. 163 УК РФ (вымогательство денежных средств).

Правомерен ли такой подход к оценке действий кредитора и разрешению возникшей проблемы?

Диспозиция ст. 163 Уголовного кодекса РФ имеет достаточно сложную содержательную структуру.

В силу требований закона преступный акт при вымогательстве неизбежно приобретает сложносочлененный характер. Он состоит из трех неразрывно связанных друг с другом преступных самостоятельных действий: 1) незаконных требований к потерпевшему; 2) передачи чужого имущества или права на имущество или совершение других действий имущественного характера; 3) угрозы применения насилия либо уничтожения или повреждения чужого имущества, а равно угрозы распространения сведений, позорящих потерпевшего или его близких, либо иных сведений, которые могут причинить существенный вред правам и законным интересам потерпевшего или его близких.

Требование, о котором говорит закон, – это настойчивая, повелительная просьба, адресованная потерпевшему, которая по своей силе является императивным приказом к передаче имущества или права на имущество. Подобное требование, подкрепленное угрозой, по своему характеру приобретает форму жесткого императива, не терпящего возражений, проволочек или отказа от выполнения.

Угроза является актом психологического насилия и средством, побуждающим к исполнению предъявленного требования. Последняя должна быть наличной, действительной и реальной.

Такие действия лица должны быть направлены именно на завладение чужого имущества, относительно которого это лицо не имеет каких-либо прав и законных оснований на его получение.

Таким образом, при квалификации действий кредитора по данному составу преступления необходимо установить три неразрывно связанных между собой вышеуказанных признака.

Одним из основных критериев, определяющих квалификацию по ст. 163 УК РФ, является то, что субъект посягательства осознает, что он совершает действия по завладению имуществом, на которое он не имеет какого-либо права.

В том же случае, если субъект посягательства полагает и осознает, что его действия направлены на завладение имуществом, которое ранее принадлежало ему и временно находилось в его пользовании, и он действует в целях осуществления своего действительного или предполагаемого права на это имущество, то признаки вымогательства в его действиях отсутствуют.

Из практики. Органами предварительного следствия Д. и Б. было предъявлено обвинение по п. «б» ч. 3 ст. 163 УК РФ в совершении вымогательства с целью получения имущества в особо крупном размере.
Из фабулы обвинения следовало, что Д. и Б., располагая сведениями о том, что жительница Подольского района М. имеет долг в размере 180 тыс. руб. перед Н., который не возвращает, под предлогом оказания Н. помощи в возврате долга и с согласия последнего, вступили в преступный сговор, направленный на незаконное завладение имуществом М. Так, 07.05.2011 около 23.00, приехав к дому, где проживала М., Д. произвел звонок на мобильный телефон М. и высказал в адрес последней угрозы уничтожения и повреждения ее имущества, вынудив последнюю выйти из дома. Затем Д., выражаясь в адрес М. нецензурной бранью и угрожая применением в отношении нее и членов ее семьи физического насилия, а также уничтожением ее имущества, стал требовать передачи денежных средств в сумме 180 тыс. руб. Опасаясь угроз, М. согласилась передать денежные средства в сумме 180 тыс. руб. Получив от М. согласие выплатить указанную сумму, Д. потребовал привести их 08.05.2011 в 18.00 к остановке общественного транспорта, расположенной в пос. Щапово.
М. выполнила указанные требования Д. и сначала передала денежные средства в сумме 80 тыс. руб., а затем, 10.05.2011 – еще 60 тыс. руб. Далее, после получения 140 тыс. руб., Д. и Б. стали требовать передать им 11.05.2011 оставшуюся часть долга в сумме 40 тыс. руб. После того, как М. не выполнила их требования, Д. и Б. 14.05.2011 приехали к месту работы М., где продолжили настаивать на передаче им 40 тыс. руб., сопровождая требования угрозами применения насилия в отношении нее и членов ее семьи. Получив согласие М. выплатить им требуемую сумму, они назначили встречу для передачи денег в пос. Поливаново, где 17.05.2011 в ходе проведения ОРМ «оперативный эксперимент» Д. и Б. были задержаны сотрудниками УВД.
Приговором Подольского городского суда Московской области от 21.11.2011 Д. и Б. были признаны виновными в совершении преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 330 УК РФ, а именно в самоуправстве.
В приговоре судом был сделан вывод, что действия Д. и Б. были направлены не на завладение чужим имуществом, а на самовольное, вопреки установленному законом порядку, возвращение денежного долга.
При этом суд в приговоре указал, что своими преступными действиями Д. и Б. причинили М. существенный вред, который выразился в причинении материального ущерба на сумму 140 тыс. руб. (дело № 1-607/11).

Возможно ли было в данном случае рассматривать денежный долг в размере 140 тыс. руб. в качестве материального ущерба?

Читать дальше:  Как получить налоговый вычет на ипотечную квартиру

Думается, что такая позиция суда не согласуется с нормами гражданского законодательства, поскольку денежный долг, в том числе и частично возвращенный, не может быть признан материальным ущербом для должника. Ведь последний отдает то, что ранее ему не принадлежало и находилось во временном пользовании.

Денежный долг не может являться ущербом по той простой причине, что таковым, в силу ст. 15 Гражданского кодекса РФ, могут быть признаны убытки, расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно произвести для восстановления нарушенного права.

Фактически ущерб означает потерю материальных ценностей или их частей, которые принадлежали их собственнику.

Если же лицо не являлось и не является собственником материальных ценностей, на которые претендует реальный их обладатель, то при требовании возврата от временного пользователя самим собственником или по его поручению иными лицами, денежных сумм или их эквивалента (если рассматривается денежный эквивалент требуемого к возврату предмета), не может для временного обладателя означать причинение материального ущерба, поскольку это не было им заработано или приобретено на его личные средства.

Квалификация действий как самоуправство

Такое уголовно наказуемое деяние, как самоуправство, предусмотрено ст. 330 УК РФ и выражается в самовольном, вопреки установленному законом или иным нормативным правовым актом порядку, совершении каких-либо действий, правомерность которых оспаривается организацией или гражданином, если такими действиями был причинен существенный вред.

Значит, в ходе судебного разбирательства должен быть установлен каждый из признаков совершения самоуправных действий.

Состав самоуправства является материальным. Обязательным признаком объективной стороны преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 330 УК РФ, выступает причинение потерпевшему существенного вреда, то есть прямого и реального ущерба. И это обстоятельство в силу ст. 73 УПК РФ подлежит доказыванию при производстве по уголовному делу.

Таким образом, самоуправство является преступным деянием только в том случае, если в результате его совершения потерпевшему был причинен существенный вред.

Более того, закон требует доказать не просто вред, а характер и размер причиненного преступлением вреда, то есть вред должен быть выражен соответствующем денежном эквиваленте.

При этом необходимо еще и доказать, что такой вред для потерпевшего является существенным.

Отсутствие такого обязательного элемента состава преступления в самоуправстве, как причинение существенного вреда, исключает привлечение лица к уголовной ответственности по ст. 330 УК РФ.

Необходимо обратить внимание на то, что причинение потерпевшему существенного вреда с указанием его денежного эквивалента, должно быть установлено судом с изложением таких сведений в описательно-мотивировочной части приговора.

Существенный вред потерпевшему должен быть установлен судом в реальном выражении, он не должен быть мнимым или предположительным.

Следует заметить: если в ходе судебного разбирательства будет установлено, что заявление потерпевшего о вымогательстве у него денег проверялось посредством проведения ОРМ «оперативный эксперимент», в ходе которого были использованы денежные средства, принадлежавшие правоохранительному органу, и данные обстоятельства были подтверждены исследованными судом материалами уголовного дела, то действия подсудимого нельзя рассматривать как причинение вреда потерпевшему.

Кроме того, при квалификации действий по ст. 330 УК РФ должен быть установлен не просто вред, а существенный вред, то есть в приговоре суд должен дать оценку значимости ущерба для потерпевшего с учетом его фактического имущественного положения и финансового состояния. В противном случае, выводы суда о квалификации действий подсудимого по ч. 1 ст. 330 УК РФ будут являться ошибочными.

При этом выводы суда о том, что самоуправство выражено в самих требованиях к потерпевшему о передаче денег и получении подсудимым части этих денежных средств, например, в ходе проведения ОРМ «оперативный эксперимент», не могут отождествляться с причинением вреда гражданину, как это вытекает из диспозиции ст. 330 УК РФ.

Сами действия и последствия таких действий не образуют одномоментность.

В связи с этим действия в виде требований о передаче денежных средств, без наступления последствий в виде существенного вреда, не образуют состава самоуправства.

Более того, суд должен установить и указать в приговоре, в чем именно (словесно или какими-либо действиями) такой признак, как «требования о передаче денег», был выражен со стороны подсудимого.

При применении ст. 330 УК РФ суду необходимо установить, что правомерность действий подсудимого оспаривалась потерпевшим.

Такие доказательства должны быть представлены суду стороной обвинения.

Поэтому, в тех случаях, когда должник при встрече с кредитором не только не оспаривал долг, но и признавал долг, выражал готовность вернуть его, в связи с чем обсуждал сроки, порядок и условия возврата долга, давал согласие выплатить долг, и сам характер встречи сводился к обсуждению выполнения долговых обязательств, при этом при встрече с кредитором должник не заявлял о том, что действия кредитора являются незаконными, тем самым им не оспаривалась правомерность действий кредитора, указанный признак диспозиции также не позволяет квалифицировать действия кредитора по ст. 330 УК РФ, поскольку признание долга и обсуждение вопросов о порядке и условиях его возврата исключает совершение действий по требованию того, что и так признавалось и не отрицалось должником.

Статья 330 УК РФ включена в главу «Преступления против порядка управления». Это означает, что в судебном заседании необходимо установить, что подсудимый, совершая самоуправные действия в отношении потерпевшего, прежде всего, противодействовал интересам государства, закрепившего в нормативных правовых актах определенную систему общественных отношений в различных сферах социальной жизни.

Данные положения закона, в первую очередь, означают то, что диспозиция самоуправства является бланкетной, то есть суду в приговоре необходимо привести конкретные нормативные акты, которые кредитор (подсудимый) должен был соблюсти при взаимодействии с потерпевшим и которые бы соответствовали установленному государством порядку управления конкретных общественных отношений.

Кроме того, суд должен указать в приговоре нарушение подсудимым того или иного нормативного акта, регулирующего определенные общественные отношения, другого, не уголовного законодательства, которые бы регулировали отношения, связанные с возникшими спорными финансовыми вопросами между потерпевшим (должником) и подсудимым (кредитором).

В приговоре суд должен привести ссылки на нормы другого отраслевого законодательства, которые бы устанавливали порядок взыскания долга, сообщить о таких законах и указать, какой именно порядок управления был нарушен подсудимым.

Установление данного признака в действиях подсудимого (кредитора), а именно совершение им действий вопреки установленному законом или иным нормативным правовым актом порядку совершения действий, позволяет говорить о том, что кредитор (подсудимый) действовал самовольно.

При отсутствии факта нарушения установленного порядка управления квалификация содеянного по ст. 330 УК РФ неправомерна.

Из практики. Органами предварительного следствия О., К. и П. было предъявлено обвинение по п. «б» ч. 3 ст. 163 УК РФ (вымогательство, совершенное в целях получения имущества в особо крупном размере).
Из фабулы обвинения следовало: «… в ноябре 2010 г. В. сообщил П. о том, что его коммерческий партнер П. В. должен ему денежные средства в сумме около 2,8 млн руб. Правомерность наличия указанного долга оспаривалась гражданином П. В. и возвращать данные денежные средства в добровольном порядке он не желал.
О наличии якобы имеющихся долговых отношений между В. и П. В. в один из дней ноября 2010 г. П. сообщил О. и К. Они договорились лично встретиться с П. В. Они встретились с П. В. в ресторане «Лига-Пап», где потребовали от него передать им принадлежащее ему имущество в виде денежных средств в сумме 2,8 млн руб.
При встречах с П. В. 21.02.2011, 25.02.2011 и 10.03.2011 они продолжили требовать у П. В. указанные денежные средства и 10.03.2011 получили от П. В. часть денежных средств в сумме 600 тыс. руб. Требование передачи чужого имущества О., К. и П. сопровождали оказанием психологического давления на П. В., а также непосредственными угрозами уничтожения и повреждения его автомобиля, применения насилия и физической расправы вплоть до причинения смерти».
Приговором Московского гарнизонного военного суда от 28.04.2012 О., К. и П. были признаны виновными в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 330 УК РФ, и приговорены к наказанию в виде штрафа в размере 60 тыс. руб.
Кассационным определением судебной коллегии по уголовным делам Московского окружного военного суда от 18.09.2012 указанный приговор был изменен. Действия О., К. и П. были переквалифицированы на ч. 3 ст. 30, ч. 1 ст. 330 УК РФ. Размер назначенного штрафа каждому был снижен до 50 тыс. руб. (дело № 33/05/0172-11Д).

Суд, исключив из предъявленного О., К. и П. обвинения угрозы в адрес потерпевшего П. В., как не нашедшие своего подтверждения представленными стороной обвинения доказательствами, в то же время в приговоре сделал вывод, что действия О., К. и П., выразившиеся в требовании в ноябре 2010 г., 21.02.2011, 25.02.2011, 10.03.2011 у потерпевшего П. В. денежных средств в счет погашения долга и получении части денежных средств в сумме 600 тыс. руб., причинившие существенный вред потерпевшему П. В., расцениваются как самоуправство.

Однако в чем заключались такие требования и в чем именно они были выражены со стороны подсудимых по отношению к потерпевшему П. В., которые бы позволяли рассматривать таковые в качестве противозаконных действий, суд не уточнил.

В приговоре не приведено ни одного обстоятельства, свидетельствующего о предъявлении к П. В. со стороны осужденных конкретного незаконного требования передачи денежных средств, выраженного в виде повелительной просьбы или императивного приказа отдать деньги.

Формальное же отражение в приговоре того факта, что подсудимые требовали от потерпевшего передачи им денежных средств, без конкретики выражения формы требования, не может определять установление в их действиях признаков самоуправства.

Получается, если следовать позиции суда, сами по себе встречи подсудимых с потерпевшим в ноябре 2010 года, 21.02.2011, 25.02.2011, 10.03.2011 уже являлись заведомо противозаконными.

Такая позиция суда в корне противоречит требованиям ст. 14 УК РФ, согласно которой преступлением признается виновно совершенное общественно опасное деяние, запрещенное уголовным законом под угрозой наказания.

Правомерные действия

Сами по себе встречи, без установления в действиях подсудимых признаков состава уголовно наказуемого деяния, не могут расцениваться как совершенное преступление.

Кроме того, наличие расписки должника (потерпевшего) о денежном долге, не признанной в судебном порядке оформленной с пороком воли, непринятие кредитором (подсудимым) мер к предъявлению иска в порядке гражданского судопроизводства по факту нарушения обязательств должника о возврате в срок денежных средств и отсутствие решения суда о признании заемщика должником не позволяют суду в приговоре сделать вывод о том, что кредитор (подсудимый) использовал наличие перед ним долга со стороны потерпевшего в качестве мнимого предлога правомерности своих действий.

Мнимый предлог означает вымышленный, воображаемый, притворный, фальшивый, существующий лишь в мысленном представлении людей.

Поэтому в случаях, когда в судебном разбирательстве уголовного дела будут установлены такие обстоятельства, как наличие финансового спора между кредитором (подсудимым) и должником (потерпевшим), наличие расписки о получении должником от кредитора денег, сами требования возврата денег не могут быть признаны мнимыми и квалифицированы по ст. 163 либо по ст. 330 УК РФ. При установлении признаков наличия или отсутствия в действиях кредитора того или иного состава преступления необходимо оценивать последствия таких действий с точки зрения их общественной опасности, а не просто устанавливать то обстоятельство, что кредитор проявил инициативу и путем понуждения должника предпринял меры к возврату долга.

Добавить комментарий

Your email address will not be published. Required fields are marked ( Обязательно )

Adblock detector